Филологический класс | Philological Class | ISSN 2071-2405 (Print)
Рубрика: МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
Файл статьи: PDF
DOI: 10.26710/fk18-04-07
Аннотация: В статье предпринимается попытка рассмотреть жанр царской проезжей грамоты, на первый взгляд, находящийся на периферии дипломатической переписки в силу своей скромной функции — представить предъявителя документа, объяснив причину его выезда из России, и обеспечить проезд по территории России (в этом случае речь идет о внутреннем распоряжении царским властям) и иностранных государств (здесь мы имеем дело с ходатайством перед иностранными властями). Несмотря на готовность венецианских властей помочь, уговорить подданных Венецианской республики отправиться в далекую Россию оказалось непросто. Их отъезд в Венецию по завершении работы стал делом государственной важности: Петр дважды писал дожу о том, почему ему пришлось задержать сначала всех мастеров и отправлять назад группами. Для каждой группы мастеров (всего их было три) была составлена проезжая грамота. Анализ этих текстов свидетельствует о том, что в жанре проезжей грамоты происходят изменения эпистолярного этикета, аналогичные тем, что наблюдаются в ходатайствах Петра I перед венецианскими властями. На смену допетровскому дипломатическому этикету (независимый дипломатический статус русских царей позволял им самим определять его правила) приходят новые нормы, приближающиеся к этикету европейского адресата. Таким образом, царская грамота отразила мировоззренческие установки первого русского императора, его видение внешней политики России. В свою очередь, российское внешнеполитическое ведомство, еще при отце Петра I ставшее важным центром культуры (текст грамоты оформляется здесь по содержанию, заданному царем, и одобряется последним), при Петре выступает в роли своего рода лаборатории, где вырабатываются нормы нового русского эпистолярного этикета.
Ключевые слова: ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ ПЕРЕПИСКА; ПРОЕЗЖИЕ ГРАМОТЫ; ДИПЛОМАТИЧЕСКИЙ ЭТИКЕТ; РУССКИЙ ЯЗЫК; ИСТОРИЯ РУССКОГО ЯЗЫКА
Abstract: This article examines the genre of the imperial gramota for safe conduct, which initially appears peripheral in the sphere of diplomatic correspondence due to its modest function, i.e. introducing the bearer of the document, explaining the reasons for his journey, and ensuring his safe passage through both Russian territory (in this case, the documents are internal mandates) and foreign states (here we are dealing with petitions to foreign authorities). Despite the willingness of Venetian authorities to assist Peter I in his shipbuilding projects in Voronezh, it was not easy for them to persuade their subjects to travel to distant Russia. Nonetheless, a number of craftsmen were engaged. At the completion of their work in Russia, however, they were not immediately released and their delayed return became a matter of national importance. Peter I himself wrote twice to the doge explaining why he had detained the craftsmen and then sent them back to Venice in a series of groups. For each of these groups traveling home, a gramota for safe-conduct was issued. Our analysis of these texts suggests that the genre of the safe-conduct contains changes in epistolary etiquette, analogous to those observable in Peter's petitions to Venetian authorities. In pre-Petrine diplomatic etiquette, the independent diplomatic status of the Russian tsars had allowed them to define its rules for themselves; this was now replaced by new norms that more closely resembled those of European usage. In this way, tsarist gramoty reflected the worldview of Russia's first emperor, his peculiar vision of Russian foreign policy. The office of foreign affairs (российское внешнеполитическое ведомство), which had become an important cultural center during the reign of Peter's father (when the tsar would indicate a gramota's contents and approve its final form), became under Peter laboratory where the norms of this new Russian epistolary etiquette were worked out.
Key words: DIPLOMATIC CORRESPONDENCE; WRITTEN PERMISSION TO TRAVEL; DIPLOMATIC ETIQUETTE; RUSSIAN; HISTORY OF THE RUSSIAN LANGUAGE

Для цитирования:

Карданова, Н. Б. Le destin d’un constructeur naval vénitien en russie de pierre le grand et le destin d’un genre: la lettre d’accompagnement du tsar dans le contexte de la correspondance diplomatique entre la russie et la république de venise / Н. Б. Карданова // Филологический класс. – 2018. – №4 (54). – С. 49-55. DOI 10.26710/fk18-04-07.

For citation

Kardanova, N. B. The Destiny of a Venetian Craftsman in Peter the Great’s Russia and the Destiny of a Genre: the Tsar’s Gramota for Safe Conduct in the Context of Diplomatic Correspondance between Russia and the Republic of Venice / N. B. Kardanova // Philological Class. – 2018. – №4 (54). – P. 49-55. DOI 10.26710/fk18-04-07.

Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.